1. Полное имя и прозвище (если есть) носителя.
Анни
2. Имя Души.
Странница, Верхом на Звере, Живет на Звездах.
3. На каких планетах была Душа.
Все, кроме четырех.
4. Где появилась (родилась) Душа.
Исток.
5. Внешность носителя.

Естественность — в широком смысле близость к природе чего бы то ни было. В узком смысле соответствие между окружающим миром и человеком. Естество — синоним природы. Обычно естественность противопоставляется искусственности. (с) Википедия
Обаяние — смесь естественности и кокетства. (с) Андре Моруа

Мало говорить, что Анни обаятельна в разговоре. Девушка обаятельна своей красотой. Эта смешанность естественности и необыкновенности, создают полный образ Анни, что помогает сравнивать девушку с чем – то многосторонним и поразительно странным.
Она не высока, её рост около 164 см, но это лишь дополняет её восхитительно милый образ.
Лицо девушки больше всего красиво улыбкой. Милая и одновременно заразительно красивая, заразительно заразительная улыбка, Анни очень часто улыбается. Да и то, как часто она хихикает, не удивительно. В другом лице это выглядело бы глупо, но всего лишь один взгляд на девушку, и это теория пропадает.
Она похожа на ребенка, на самую нежную девушку, именно на свою внутреннюю натуру Души. Что – то сказочное есть в её взгляде серых глаз, скрывающих серебро Души. Что – то поразительно притягательное в утонченных чертах девушки, словно та создана художником в последний момент жизни. Длинные ресницы, гладкая нежно розовая кожа. Веснушки. Полную картину завершают шикарные кудри шелковых светло-золотых волос, при попадании на солнце которые становятся цвета чистокровного светлого оттенка золота.
У Анни довольно хрупкое телосложение. У неё красивые руки и шея.  На девушку просто невозможно смотреть без умиления, без нежности, без какой-то любви. Она вселяет надежду, веру, красоту и нежность. Весь внешний вид девушки говорит о том, что она истинная Душа в теле Человека.

6. Биография.
«– Сколько же тебе лет? – спросил Иен и наклонился ко мне, пронизав меня взглядом сияющих голубых глаз.
– Земных? Я не знаю.
– Приблизительно? – настаивал он.
– Наверное, несколько тысяч, – пожала плечами я.» (с)
Вспышка.
За несколько тысяч лет ваша история может забыться и потеряться. Это достаточно долгий срок, чтобы выяснить для себя самое важное и нужное, увидеть самое яркое, ощутить самое яркое. За несколько тысяч лет история забывает всю горесть и боль, оставив только самые важные в ней вещи, обратив остальное в мудрость.
Странница родилась на самом Истоке. Тогда еще она не была Странницей, являясь очередной рожденной Душой. В первые моменты жизни она переняла всю боль, что перенесла её «мать», но никогда не боялась этого как такового. Души вообще редко чего-то боятся.
Каждая её история на новой планете огромна, а ведь прожить целых восемь жизней очень сложно. Получая опыт и теряя время в криоспячке, Странница бродила по планетам, обретая новые знания.
Её истории никогда не забудут место о Истоке, его, огромном количестве разноцветных слоистых облаков, восхищающих и приковывающих своей красотой. О единственном месте, где можно жить без Носителя. О настоящем внешнем виде, который завораживает переливанием, свечением, своими крыльями, щупиками и большими серебристыми глазами.
Никогда Анни и не забудет о том, как появилось самое начало жизни. О Стервятниках. О том, как Души впервые перехватили контроль, о первых планетах, о разных мирах. Она помнит о частях истории каждой своей жизни.
И о том, как впервые отправилась вглубь Вселенной.
Вспышка.
История Анни не утаивает и других историй. Не хуже рассказа о Истоке, она может выложить историю о других Мирах.
Одной из самых любимых историй, являются воспоминания о затопленной планете Морских водорослей, их необычных двух солнцах, эллептической орбите, о серых водах, неподвижности корней, зрении на тысячу глаз и беззвучных разговорах, ведь там существовало особое название для тех, кто развлекал других, вроде Утешителей, Целителей или Искателей. Анни была одним из «рассказчиков», что на морском дне, помогали разукрасить однообразную жизнь.
Не менее редко Странница рассказывает и о Поющем мире, где в музыкальной слепоте, с удивительной способностью летать, живут Летучие мыши; о планете Цветов, где Души питаются светом и царит свет.  И о  планете Туманов, где обитателей согревает густой белый мех и четыре сердца, что разгоняют горячую кровь по жилам, и где лучше обходить стороной грызодеров. О поразительных чувствительных руках, на в которых удивительные сдвоенные суставы, которые гнутся в обе стороны. Где одна сторона мягкая, как ладошка, а другая – вся словно покрыта лезвиями! Они режут лед, ваяют ледяные скульптуры, строят города с кристальными замками, которые никогда не тают! Очень красивые… О том, что они видят в другом световом спектре, а лед для них переливается всеми цветами радуги. И где города – предмет их гордости, ведь медведи все время стараются сделать их еще более прекрасными. И даже о том, что им снятся сны.
Одну из историй, что повлияла на её существование.
«– Значит, ты знаешь, как извлечь Душу, не повредив тело? – Сердце екнуло, и я нервно сглотнула.
– Да. Однажды мне пришлось применить эти знания на практике. Не здесь.
– Где? Расскажи, пожалуйста.
Эту, одну из лучших моих историй, динамичную, захватывающую, я по очевидным причинам никогда не рассказывала людям. Да, Джейми бы понравилось… Я вздохнула и начала вполголоса:
– Однажды на планете Туманов я, мой друг Укрощает свет и наш проводник отправились в долгое путешествие по четвертому великому ледяному полю к одному из самых известных кристальных городов. Не помню имени проводника, а меня там прозвали Живет на звездах. К тому времени я уже имела определенную репутацию.
Джаред хмыкнул.
– Предполагалось, что маршрут безопасен, поэтому мы и отправились втроем. Грызодеры частенько выкапывают в снегу берлоги и прячутся в них – охотятся из засады. Что то вроде западни: повсюду расстилается нетронутый снег, ты идешь себе спокойно, но внезапно белое поле вокруг тебя взрывается и заслоняет небо. Взрослый Медведь весит примерно как крупный бизон, а половозрелый самец грызодера массой не уступает синему киту. Нам попалась особенно крупная особь. Грызодер выскочил перед проводником, мордой к нам с Укрощает свет. Вообще то Медведи быстрее грызодеров, только вот у этого хищника было преимущество: зверь напал неожиданно, и его огромная, твердая как камень клешня обрушилась на нас и разрубила Укрощает свет пополам…
Какая то машина медленно вырулила с парковки и проехала мимо.
– Наверное, нужно было броситься бежать… но мой друг умирал, истекая кровью на снегу, я замешкалась и наверняка погибла бы, если бы грызодера не отвлекли. Позже я узнала, что наш проводник – вспомнить бы, как его звали! – попытался задержать хищника, вцепившись тому в хвост… Когда грызодер выпрыгивает из сугроба, из за снега ничего не видно, ведь поднимается настоящий буран. Проводник дал нам шанс убежать, он и не догадывался, что Укрощает свет свое отбегал. Грызодер развернулся к проводнику, задел нас второй левой лапой, и меня отбросило в сторону. Верхняя часть туловища Укрощает свет приземлилась рядом со мной. Снег вокруг был весь пропитан его кровью. – Я замолчала и поежилась. – То, что я сделала потом, не имело смысла, потому что под рукой не было тела, в которое я могла переселить Укрощает свет. Мы находились в снежной пустыне, до ближайшего города не добежать. Конечно, жестоко было извлекать друга без обезболивающего, но я просто не могла смотреть, как он угасает в оторванной половине тела носителя Медведя. На тыльной части ладони, у резака, которым Медведи разрубают лед, – слишком широкое лезвие… Рана вышла огромной. Хотелось верить, что Укрощает свет без сознания и боли не чувствует. Мой друг был еще жив. Нежно коснувшись, я выманила его из мозга Медведя и сунула в яйценосный мешок у себя на брюхе, между двумя самыми горячими сердцами. От холода Укрощает свет не умер бы, но у меня оставалось всего несколько минут, чтобы найти нового носителя. Только где же взять подходящее тело, когда кругом только снег да лед? Появилась мысль подсадить Укрощает свет в мое тело, однако я сильно сомневалась, что смогу ввести его к себе в голову и при этом остаться в сознании… Без лекарств я бы умерла вместе с ним, просто истекла бы кровью: у Медведей, с их количеством сердец, это происходит быстро. Грызодер взревел, под его гигантскими лапами задрожала земля – стало ясно, что он вот вот учует нас под снегом. Рядом валялось разорванное тело Медведя. Яркая кровь быстро привлекла бы зверя. И тогда мне в голову пришла одна безумная идея… – Я замолчала и тихонько засмеялась. – Носителя Медведя под рукой не было. Свое тело я использовать не могла. Проводник погиб или убежал. Оставалось одно. Это казалось чистой воды безумием, но в ту секунду я думала лишь о том, как спасти Укрощает свет. Мы не были близкими друзьями, но мысль о его неминуемой смерти прямо у меня под сердцами приводила в отчаяние. Грызодер яростно взревел, и я побежала на звук. Направившись прямиком к третьей левой ноге чудовища, зацепила густой белый мех острой стороной всех шести рук и вскарабкалась зверю на спину. Он ревел и крутился, словно щенок, который пытается поймать свой хвост. У гры зодеров очень маленький мозг – и умишко соответствующий. Я взобралась на мохнатую спину; цепляясь резаками, побежала по двойному позвоночнику к шее и через несколько секунд добралась до головы хищника. Вот тут то и начиналось самое сложное: мои резаки были длиной… примерно с твою руку до локтя, а шкура грызодера – в два раза толще. Мне удалось только проредить мех и слегка оцарапать кожу. Грызодер взревел и встал на дыбы. Едва не падая, я вцепилась четырьмя руками ему в шкуру, а зверь выл и крутился, норовя меня стряхнуть. Двумя оставшимися руками я попробовала углубить разрез, по очереди вонзая их в толстую шкуру, и почти отчаялась: шкура казалась непробиваемой. Грызодер словно с цепи сорвался, резко замотал головой, и я чуть не свалилась вниз. Время Укрощает свет подходило к концу. Я безуспешно тыкала резаками в рану. Неожиданно грызодер плюхнулся в снег, и если бы не логово, которое зверь вырыл для охоты, его туша меня бы раздавила. Мои резаки были у самой шеи хищника, и, как только я ударилась о снег, вес грызодера вогнал лезвия глубоко под шкуру – даже глубже, чем требовалось. Нас обоих оглушило, а я вдобавок оказалась под тушей зверя, который начал кататься по земле. От ужаса я почти утратила способность соображать, но, судорожно вздохнув, все таки вспомнила про Укроща ет свет. Укрыв Душу от холода в мягких ладонях, я перенесла ее из яйценосного мешка в рану на шее грызодера. Зверь встал на дыбы, а затем повалился на снег. Грызодер рвал и метал, рана на шее его только разозлила. Снежная буря, вызванная нападением хищника, уже улеглась, и теперь грызодер прекрасно видел меня, перепачканную его кровью, – у грызодеров очень яркая кровь, такого цвета на Земле нет. Зверь протянул ко мне гигантские клешни, и я подумала: «Ну все, конец». Меня утешало одно: по крайней мере, я боролась. Клешня спикировала в снег, совсем рядом… Я посмотрела на огромную, страшную морду, и чуть не… нет, не рассмеялась. Медведи не умеют смеяться. Но по ощущениям это напоминало смех, потому что на уродливой морде грызодера я увидела смущение, растерянность и стыд. Ни один грызодер никогда ни на кого так не смотрел. Укрощает свет потребовалось некоторое время на то, чтобы освоиться в огромном теле и взять под контроль нового носителя. Несмотря на слишком маленький мозг, мой друг все таки меня узнал. Я доехала верхом на Укрощает свет до самого города – пришлось зажимать рану на шее моего друга, пока мы не добрались до Целителя. То то было шуму! Меня наградили новым прозвищем – Верхом на звере, но мне оно не понравилось, и я попросила называть меня прежним именем…» (с) Гостья
Вспышка.
        Странница прожила один короткий жизненный цикл среди Пауков, а потом покинула планету, не испытывая желания вернуться. Ни поразительная ясность мысли, ни ответы на любой вопрос, что приходили сами, без усилий, ни пляшущие колонки цифр не могли заменить эмоций и ярких красок, которые почти не ощущались внутри этих тел. Анни не понимала, как можно довольствоваться подобным существованием, но планета прекрасно функционировала тысячи земных лет. Она была открыта для заселения по единственной причине: Пауки очень быстро размножались, откладывали огромное количество яиц.
Пауки решали для любые, самые невозможные проблемы, но при этом их настолько
увлекал холодный анализ, что мало какая проблема интересовала их самих. Из всех носителей Пауки больше всех приветствовали вторжение. Они почти не заметили разницы, и им даже понравилось, что им предоставили цель. Души, которые высадились на поверхность планеты Пауков перед внедрением, сообщили, что она серая и холодная, – ничего удивительного, что Пауки видели все в черно-белом спектре и почти не ощущали перепадов температур. Жизненный цикл Пауков был короток, но новое поколение от рождения получало знания родителей, поэтому информация не терялась.
Вспышка.
Пауки были нашими лучшими инженерами – сконструированные ими корабли, проворные и незаметные, легко скользили меж звезд. Тела Пауков оказались почти такими же удобными в использовании, как и их умы: у каждого сегмента – четыре длинные ноги, из за чего, собственно, их и прозвали Пауками, на каждой ноге – по двенадцатипалой ладони. Пальцы с шестью суставами, гибкие и сильные, как стальные прутья, приспособлены к самым тонким операциям. Похожие на пучок прутьев, невысокие и тонкие, Пауки с легкостью проникли на планету. Они были сильнее людей, умнее и, конечно, подготовленнее…
Вспышка.
Странница не посетила всего четыре мира, но последним оказался совершенно новый, под названием Земля.
История, в которую попала Анни на Земле, совершенно необычна. Хотя и до этого она была особой почти «королевского» вида, подобная история оказалась самой яркой в её жизни.
И эта история продолжается. Чем она закончится?

7. Характер.
Девушка поразительно добра. Она не является самым простым показателем Души. В ней есть то, чего многим Душам никогда не понять – человеческие порывы. В то время, как и люди поражаются всему тому, что скрывается за лицом.
Анни немного замкнута, но никогда не откажется провести время с любимыми ей людьми. Она всегда остается доброй, понимающей, отзывчивой Душой. Никогда не откажет никому в помощи, умна и проницательна.
Анни знает свою цель, она будет идти к ней, но не как любят люди – по головам. Она добьется всего сама, пускай ей и потребуется время.
Странница немного вспыльчива, порой пуглива, а еще жутко любит глупое самопожертвование.
Раньше Анни никогда не врала, но теперь, вжившись в роль, делает это довольно правдоподобно. Она даже научилась скрывать эмоции, хотя частенько именно они и сдают её.
Она прямолинейна, ради какой-то мелочи не будет врать. Зато всегда делает все точно, хотя порой и не понимает этого.
Всегда готова ради других делать в ущерб себе, порой это доходит до самых граней. Анни и жизни не пожертвует ради другого.
Часто винит себя во всех грехах, но не зацикливается на этом. Она храбра до потери сознания, но часто в слепую. Готова на все ради других.
Нет, девушка любит себя, но все-таки мир она любит больше. Нежность в её отношении к другим людям поражает, охотные решения, в которых она имеет последнюю роль – да, пожалуйста.
Странница довольно странная для Души, но является определенным показателем храбрости и нежности в одном амплуа.
______________________________________
Связь с вами – всем кому нужно, я отвечу в ЛС.
Опыт в ролевых – Больше года. Честно? Точно не помню.
Читали ли вы книгу (если нет, анкета не принимается) – Конечно читала. [/i]

Простите за подобную фигню. Могу лучше.